Изразцы ручной работы
+7 (495) 720-26-40
post@vesta-ceramica.ru

История керамики: новый супергенерал, долой симметрию и вожжа под юкатой

…Итак, в начале XVII века японцы продолжали увлеченно, с толком, чувством и расстановкой пить чай: ситуация в государстве этому способствовала.

Ceramica9

Ceramica

 

Ceramica1

 

Ceramica2

 

Ceramica8

После многолетней суеты, беготни и драк по любому поводу, которые до колик в печенках надоели всем обитателям Ниппон, власть в стране прибрал к рукам суровый сёгун Токугава Иэясу. Он завершил дело, начатое Ода Нобунагой – объединил Японию, причем правление сёгуната Токугава  продолжалось аж до 1868 года. Иэясу спокойно, без лишней суеты (но и без лишних проволочек) вырезал своих противников вмести с их чадами, домочадцами и прочими сочувствующими делу самурайской вольницы лицами, в 1603 году получил от императора уже известный титул «самого главного и важного супергенерала», перенес столицу в Эдо (который теперь зовется Токио) и стал себе спокойно править – попивая чай, само собой разумеется.

Консультантом в этом важном деле у него подвизался некий Фурута Орибэ, ученик и сподвижник упоминавшегося выше мэтра и гуру Сэн-но Рикю. Однако продолжатель, памятуя о склонности строгих, но справедливых сёгунов чуть что делать подчиненным секир-башка (или приказать сделать селф-мейд-секир-живот, как это произошло в случае размолвки между Сэн-но и Тоётоми Хидэёси), а потому следуя инстинкту самосохранения и стремясь угодить и нашим и вашим, решил в известной мере отойти от канона своего учителя, в значительной степени вернувшись к традиции «чаепития в гостиной», которая не предусматривала медитации перед голой скучной стенкой, а, напротив, предполагала валяние на мягких лежанках и любование всякими приятными глазу кунштюками.

В организации чайной церемонии Орибэ свернул с пути «чаепития ваби», пойдя по обустроенной разными ба-агатыми разностями дороге «чая даймё». Эти самые даймё, то есть облеченное властью и обремененное материальными и денежными средствами самурайское начальство, желало видеть в своих чайных домиках и садиках всякие красивые кустики и деревца, которые своей яркой и вызывающе праздничной изысканностью никак не коррелировали с принципом «ваби-саби»: ну и что, подумал Орибэ: в конце концов, кто платит, тот и заказывает музыку. Мастер шел навстречу вкусам обеспеченных заказчиков и был весьма популярен; потом, вдохновившись успехом, он стал оригинальничать и создал свой стиль в керамике, который назвали его именем.

Перво-наперво в своих чашках и горшочках он решил отказаться от симметричных форм. Чем кривее, тем лучше – вот девиз свежего подхода к пониманию «ваби», и неважно, что из кривой чашки пить как-то не совсем сподручно. Дальше – больше: для чайной церемонии нужен сосуд «мидзусаси», кувшин без носика, где держали холодную воду. А почему, собственно, он должен быть целым, совсем без дырок? Вдохновленный оригинальностью собственного мышления, Орибэ предлагает мидзусаси с трещинами, из которых так красиво сочится прохладная влага…

Мастер-новатор поставил производство своей посуды на поток. Она была похожа на «раку», но обжиг готовых изделий проходил при более высокой температуре – свыше 1200 градусов по Цельсию, в результате чего черепок получался гораздо тверже. Весьма ценилась черная посуда Орибэ, поскольку она в большей степени подходила к традиции «ваби», однако сам мэтр предпочитал зеленую: такой цвет получался потому, что к «пепловой глазури» добавляли окись меди и полевой шпат.

Чашки и кувшины покрывались росписью – листики, веточки, узоры и орнаменты; говорят, такую работу иногда доверяли несмышленым детям: вот вам и самая что ни на есть естественная простота, далеко ходить не надо.

Орибэ, конечно, считался продолжателем дела Сэн-но Рикю, однако современники отмечали существенное отличие в их отношении к керамике в духе «ваби»: если Рикю в поисках совершенства в несовершенном подбирал кем-то уже разбитое и поломанное, а затем любовался восстановленным кувшином или чашкой, то его ученик, не доверяя способностям посторонних, другой раз сам бил посуду, чтобы потом склеить ее так, как вожжа под юкату попадет. Ну, или сразу делал всевозможные кривульки.

Лично для Фуруты Орибэ все закончилось невесело: в своих смелых экспериментах он все-таки чем-то не потрафил Токугаве Иэясу, и сёгун, следуя традиции своего предшественника, приказал зарвавшемуся мастеру взять в руки вакидзаси и погрузить его в собственную точку хара. Новатор отвесил поклон и почтительно самоубился, однако дело его отнюдь не кануло в Лету: стиль керамики Орибэ был и остается весьма популярным у почитателей японских традиций по сей день…

 Автор статьи: И. Потапов.

 Ceramica3

Ceramica4

 

Ceramica5

 

Ceramica6

 

Ceramica7